Владимир Трифонов - Кронштадт - Таллин - Ленинград (Война на Балтике в июле 1941 - августе 1942 годов)

Оказывается, во время вчерашнего обхода командир нашел спящими 7 человек, в том числе дежурного по низам старший 2 старший Шелепова. За это Дьякову строгий выговор, Шелепову - 10 суток строгого ареста с содержанием на гауптвахте, остальным - по 5 нарядов.

Написал снова рапорт и подал его Быкову с просьбой ходатайствовать перед командованием корабля и Отряда.

Сегодня Кожин, Емельянов и Антоненко ушли за чем-то в экипаж.

Получил от Андрея два письма - от 30 апреля и 12 мая.

31 мая. Воскресенье.

Оказывается, что Кожина, Емельянова и Антоненко списали с корабля куда-то по распоряжению нач. штаба нашего Отряда. Первые двое - радисты, последний - сигнальщик. Наверное, на корабли, которые уже плавают.

Сегодня боцманская команда укорачивала почти наполовину обе мачты. Какой-то кургузый стал вид. То ли это для уменьшения дальности нашей видимости, то ли для возможности прохода под Ленинградскими мостами без их разведения, хотя и в таком виде мы вряд ли под ними пролезем.

После обеда часик повалялся на спардеке, позагорал, но начался арт. обстрел. Снаряды воют над нами и рвутся в устье Невы и районе Балтийского завода, но все же пришлось спускаться в кубрик. Не дают даже в выходной позагорать, гады.

Выдали по 350 г песку. Появился новый продукт - пшеница, го которой варят кашу на обед, а на ужин - пшено.

После ужина стирка белья. Получил письмо от мамы от 18 мая и написал ей ответ: пока никаких радостных событий, кроме того, что еще жив и здоров, сообщить ей не мог.

Летние хлопоты

2 июня. Вторник.

Работал у боцмана на ремонте мостика, на котором была выбита почти вся обшивка, поломаны или погнуты леерные стойки, выбиты стекла в боковых будочках и в рулевой рубке.

Кожин и Емельянов вернулись на корабль. Отделались легким испугом, уйдя с теплых мест. Вчера прибыли новый нач. службы снабжения - техник-интендант 2 ранга Сидоренков и кок Субботин с "Ермака".

Вечером написал письма Алику и Жене.

3 июня. Среда.

С утра работа на мостике, после обеда - покрас пушек в шаровый цвет. Погода хорошая, быстро высохнут.

Перед ужином минут 20 обстрел р-на Балтийского завода. Похоже, что ковш завода Марта немцев больше не интересует.

Письмо Андрею послан через Женю Преображенскую. Она-то уж знает точный его адрес.

4 июня. Четверг.

До обеда красили орудия. После обеда вызвал командир корабля (первый раз попал к нему в каюту), у которого был и старпом Кузнецов. Разговор о моем рапорте был недолгим: учитывая обстановку в стране, на фронтах, на нашем флоте, в Ленинграде и на корабле, командование корабля не может удовлетворить мою просьбу. Вот и сегодня с корабля забирают 40 человек.

Около 15-ти часов очередной обстрел р-на Балтийского завода. Бил минут 20.

Получил письмо от Алика от 24 мая и написал ему ответ, сообщив решение командования кораблем.

5 июня. Пятница.

Основная новость - прибыл новый старпом из штаба нашего Отряда, который переименован в Группу вооруженных ледоколов (ГВЛ). Командир запаса Гнуздев, а Кузнецов теперь будет только командиром БЧ-2.

Около 19-ти часов сильный обстрел р-на Балтийского завода, а заодно и по нам минут 10 напоминал, что мы не забыты. Но нам достались только осколки.

6 июня. Суббота.

Стою вахту у трапа во 2-ю смену. Ночью два раза поднимали по воздушным тревогам. Почти по часу торчали около орудий, посматривая на темное небо и рыскающие по нему голубоватые лучи прожекторов. Летали над городом одиночные самолеты, на большой высоте и изредка сбрасывали бомбы далеко от нас. Снова подал Быкову рапорт уже только об увольнении, указав, что мой возраст еще не призывной и присяге я не подлежал, что на флот попал добровольцем-"дикарем". Кузнецову объявлена благодарность за хорошую службу одновременно на двух ответственных должностях и снято взыскание, наложенное на него еще 3 марта.

7 июня. Воскресенье.

Снова стал известен конфликт с Борцовым (ком-р БЧ-1 и 4), который получил самое низкое командирское звание - младший лейтенант. В субботу ему отказали в увольнении домой к жене, и он кому-то нагрубил. За это его отстранили от должностей, которые передали помощнику командира старшему (!) лейтенанту Шабшиевичу.

Днем в городе воздушная тревога почти на час, а после ужина - небольшой обстрел Васильевского острова.

Вечером у нас крутили кинофильм "Большой вальс" Красота!

Получил письмо № 21 от 27 мая от Андрея.

8 июня. Понедельник.

С 0 часов заступил на вахту у боезапаса, который сложен напротив у стены цеха. Примерно через час воздушная тревога. Небо ясное, звездное. Гудят на большой высоте 2-3 самолета, их ищут десятка полтора лучей прожекторов, лениво бьют несколько зенитных батарей. С интервалом 10-15 минут в разных местах города рвется бомба. При ночных налетах такого типа нашу батарею к орудиям не вызывают, поэтому и меня на посту не подменяют.

Наверное, часа в 3 дали отбой ВТ. Все с верхней палубы ушли спать. Подошел я к вахтенному у трапа, немного с ним поговорил и вернулся на свой пост. Ходил я, ходил вдоль штабелей, скоро смена. Присел на ящик в темном уголке и незаметно уснул. Разбудил громкий голос: "Часовой! Ко мне!" Это дежурный по кораблю привел мне смену, а меня не видел. "Ты что, спал?" "Никак нет. Сел и задумался". "Три наряда вне очереди, чтобы меньше задумывался".

И черт меня дернул сесть. Ведь был уже со мной такой случай.

Только сменился в 16 часов - обстрел нашего района. Бил минут 15. В цех, что рядом с нами, попали два снаряда. А всего за зиму в этот цех попало снарядов 20.

10 июня. Среда.

Стою вахту у трапа. Днем стоим в суконках, но ночью все же в бушлатах. На корабле занятия с мат. частью, учения расчетов. Днем в ковш пришел своим ходом бронекатер. Поврежден бак и рубка. Очевидно, прямые попадания небольших снарядов. Ночью непродолжительный обстрел нашего завода и Балтийского. Утром несколько бомб было сброшено на корабли у Балтийского завода и у Адмиралтейства. Вчера получил письмо № 20 от 23 мая от Андрея.

11 июня. Четверг.

С утра ездил с боцманом в порт за краской. В основном кузбас-лак и шаровая. Пора перекрашивать корабль в летний вид под боевой корабль. После обеда покраска всех палубных надстроек и труб в шаровый (стальной) цвет.

12 июня. Пятница.

Вахта зенитная в 1-ю смену. В цехах завода на нашей стороне ковша и у стапелей варят корпуса танков, а потом куда-то увозят для дальнейшего оснащения и вооружения. Вот и сгодилась корабельная броневая сталь, что предназначалась для заложенных крейсеров. В ковш пришел еще один поврежденный бронекатер. Скорее всего, эти катера участвовали в боях под Невской Дубровкой - работали на переправе подкреплений на левый берег.